По пленарным заседаниям: Vladimir Arhipov

Риторический стиль является критическим и аргументированным, уравновешивая эмоциональные призывы (говоря о могилах и семьях) логическими требованиями (отсутствие оценок воздействия). Он неоднократно использует противопоставления (политика — это не лозунги) и цитирует авторитетные источники, чтобы подчеркнуть необходимость вовлечения. Тон формальный, но по содержанию острый и обвинительный.

Стиль является формальным и уважительным, что проявляется в обращении к председателю заседания и докладчику. Выступающий использует риторический вопрос, чтобы подчеркнуть недостатки электронного голосования и заставить докладчика обосновать свою позицию. Тон речи — аналитический и провокационный.

Речь по тону является боевой и напористой, с использованием сильных метафор (например, «пластырь на рану», «гнилой фундамент») и эмоциональных призывов (например, «наказывает за работу»). Стиль официальный, но содержит острую критику, при этом налоги называются «грабительскими». Используются как логические экономические аргументы (неудача со сбором/поступлением средств), так и ценностно-ориентированные призывы (выступить в защиту людей и региональной политики).

Риторический стиль является критическим и требовательным, с многократным использованием риторических вопросов, чтобы подчеркнуть провал реформы и поднять вопрос об ответственности. Тон тревожный, акцентирующий внимание на росте цен и давлении, под которым оказались семьи. Обращение направлено как к логике (распределение финансового бремени), так и к социальной справедливости.

Риторический стиль — критический и полемический, использующий образные метафоры («фантик», «горькая конфета») для дискредитации содержания законопроекта. Оратор задает прямые вопросы и оспаривает заявления оппонентов о некой «истории успеха», хотя и признает при этом мастерство их презентации. Тон — аргументированный и требовательный.

Риторический стиль является критическим и настойчивым, с использованием сильных эмоциональных призывов, особенно при описании прожиточного минимума как "позорного". Используются прямые вопросы и моральные аргументы (подобные "неоспоримой истине"), чтобы подчеркнуть ответственность государства и подвергнуть критике бюрократическое промедление. Тон тревожный и требует незамедлительных действий, а также содержит ссылки на опасные события в Латвии.