По пленарным заседаниям: Anti Allas

Риторический стиль является формальным, но при этом настойчивым и требовательным, задавая министру прямые и повторяющиеся вопросы. Используется логическое обращение, подчеркивающее, что принятие стратегических решений — это «азбука» для министра, и что отсутствие долгосрочного видения породило серьезные проблемы. Тон критический и целенаправленный.

Стиль поначалу формальный и уважительный, но быстро становится повторяющимся, требовательным и фрустрированным из-за отсутствия ответов. Применяются логические противопоставления (налоговые подарки vs налогообложение бедных), а третье обращение носит откровенно процедурный и обвинительный характер в связи с неспособностью министра отвечать.

Риторический стиль является критическим, детальным и страстным, особенно в теме несправедливого обращения с землевладельцами, с использованием таких выражений, как «это действительно заставляет меня вздыхать» и «лишает дара речи». Он активно апеллирует к вопросам справедливости и морали, подчеркивая, что «люди в наиболее уязвимом положении не должны в одиночку оплачивать всю общественную стоимость». Используются как эмоциональные обращения, так и конкретные процедурные и экономические аргументы.

Риторический стиль является формальным, но тон, когда речь заходит о кризисе в сфере образования, становится настойчивым и обеспокоенным. Используются как эмоциональные призывы (психическое истощение учителей, учитель как «половая тряпка»), так и логическая аргументация (анализ налоговой модели, социально-экономические последствия реформы). Выступающий стремится убедить министра и правительство действовать более решительно.

Риторический стиль является критическим и требовательным, используя для описания ситуации сильные выражения, такие как «хаос и неразбериха», «полный беспорядок» и «юридический лабиринт». Оратор сосредоточен на процедурных и логических ошибках, требуя от министра и чиновников объяснений по поводу провалившегося процесса, который длится уже полтора года. Тон формальный, но по сути острый и обвинительный.

Риторический стиль острый, обвинительный и эмоционально насыщенный; используются сильные слова, такие как «грабёж», и указывается на несправедливость. Для иллюстрации этой несправедливости приводится образный и легко понятный пример — кухня, пользоваться которой запрещено. Оратор требует от премьер-министра конкретных и быстрых решений, сохраняя при этом требовательный тон.

Риторический стиль прямолинеен, аналитичен и критичен, с использованием таких фраз, как «Назовем вещи своими именами». Спикер задает острые риторические вопросы относительно мотивов оппонентов («откуда это озарение вдруг снизошло на Центристскую партию») и целесообразности политических решений. Тон формальный и политически острый, балансирующий логическую аргументацию (отсутствие законодательства) с политической атакой.

Риторика отличается уверенностью и, порой, оборонительным характером, особенно при отстаивании региональных интересов, с акцентом на личную выгоду в продвижении проектов. Активно используется сильная региональная идентичность, противопоставляющая финансовое положение Юго-Восточной Эстонии привычкам Таллинна. Стиль изложения скорее повествовательный и убедительный, подчеркивающий как реальную потребность, так и текущую ситуацию в сфере политики безопасности.

Стиль прагматичен и апеллирует к логике, делая акцент на экономических аргументах и избегая популизма. Он использует сильную метафору («выплеснуть ребенка вместе с водой»), при этом тон его критичен по отношению к бездействию министерств. Ему мешает говорить шум, царящий в зале, на который он прямо указывает.

Риторический стиль является критическим, обеспокоенным и настоятельным, подчеркивая серьезность структурных проблем государства и необходимость государственного подхода. Выступающий использует логические аргументы, ссылаясь на экономические показатели и мнения экспертов, противопоставляя себя популизму, распространяющему «красивую ложь». Тон является формальным и аналитическим, включая прямые вопросы, адресованные министру.

Стиль выступающего в основном формальный, но становится очень страстным и напористым, когда речь заходит о региональной политике и банковском деле, описывая ситуацию в Юго-Восточной Эстонии как "вопрос жизни и смерти", а поведение банковского сектора как "поистине злое". Он/она критикует неуверенный тон ответов министра и уравновешивает логические политические аргументы (инвестиции против расходов) сильными эмоциональными призывами ("выступать смелее", "не отступать ни на дюйм").